Гофр, свежий и очень вкусный
Свет мой, зеркальце, скажи...
Эти журавли очень напомнили мне бронзовые статуэтки, купленные много лет назад в антикварной лавке в Венгрии для друзей семьи
День выдался в синих тонах... и местные деликатесные синие омары только подчеркнули эти совпадения
"Пляжный клуб "Пингвины". Мне кажется, чайка может с этим поспорить
Я люблю старье. Вы не подумайте только, что речь идет о непригодной для употребления рухляди, которая захламляет подвалы и тихо гниет в уголке. Нет. Я люблю старье иного типа.
То, что влечет меня неумолимо, это история вещей. Конечно, это классно - купить в магазине красивую вазу или минималистичный
Наверное, именно потому меня с детства влекли объекты, несущие эту связь времен и поколений (до сих пор корю себя за то, что не утащила со школьного двора на субботнике черепицу с клеймом "Кёнигсберг"). С возрастом это влечение подкрепилось прочитанными книгами, увиденными фильмами и услышанными рассказами, и превратилось в какой-то восторг и благоговение. Мне нравится трогать теплое гладкое дерево, потемневшее от времени, но не утратившее свое внутреннее сияние. Мне нравится копаться в ворохе безделиц, пытаясь найти "жемчужину". Такие находки наполняют радостью и азартом.
Вот почему, увидев в Динаре объявление о воскресной "brocante" (дословно - торговля подержанными, случайными вещами), я ни минуты не засомневалась в том, идти или нет. Ведь для меня цель похода на блошиный рынок - не купить что-то (хотя, признаюсь, это тоже очень радует), а посмотреть. Такой рынок - это музей под открытым небом, где все экспонаты можно трогать, а если бюджет позволяет - то даже купить. Ну не чудесно разве?
На мою радость людей немного - почти все население Динара лежит тюленьчиками на пляже, радуясь прекрасному динарскому лету. Продавцы прячутся в тени тентов, удобно устроившись на своих же экспонатах. Кто-то, прикидывая глубину кошелька потенциального клиента, даже не шевелится ему навстречу - такие продавцы продают за дорого и ждут своих "коллекционеров". Другие, наоборот, и не рассчитывали, что барахло с их чердака может кого-то заинтересовать, а потому уж слишком активно кидаются рекламировать свой товар. Завидев таких продавцом, я как можно быстрее уношу ноги, иначе завязну на полдня.
Петляя среди палаток, я делаю несколько кругов по рынку, прежде, чем нахожу "свою" вещь. Она почти не выделяется на фоне пестроты тканей, тарелок и картин. Но как только я вижу на голове фигурки кокошник, понимаю, что эта вещица должна стать моей. Железный подсвечник с таким привычным мне фольклорным образом неярко сияет, как жемчужина, запрятанная под мантией устрицы. Но стоит лишь ее заметить - она затмевает этим сиянием все остальное. В голове крутится только один вопрос: "Как она оказалась тут, во Франции?"
Продавец, как выясняется, понятия не имеет об истории вещицы. Признает, что сам "откопал ее на одной блошке", и что ему кажется что "это что-то скандинавское". Просвещаю его на тему происхождения, и уношу маленькую фигурку в своих руках. Уже в пути замечаю литой штамп "Ц 8 руб 60 коп".
Как потом показали поиски в интернете, подсвечник произведен в 1975 году. Где, кем - тайна, покрытая мраком. Но то, что просто сводит меня с ума, так это невозможность узнать, как, какими путями эта советская "девушка в кокошнике" оказалась на динарском блошином рынке. Фантазия у меня богатая, тут целый фильм можно было бы снять. Но в данном случае фантазией сыт не будешь.
В общем, как бы там ни было, теперь у меня дома начнет обживаться и создавать "русский дух" вещь с историей. Она перестанет кочевать из рук в руки и начнет обрастать новой, уже моей, историей, не прерывая нить, связывающую поколения и жизни.
