Замок Флагак (Flaghac)
Бурж (Bourges)
Хорошего всегда бывает мало. И вот, еще не понимая, что происходит, я уже иду в предрассветной темноте по сырой бархатной траве все дальше и дальше от небольшого каменного дома, давшего мне кров на эти пару ночей.
Снова машина, снова путь в горах и виражи, но все иначе. Я знаю, что этот путь ведет меня не исследовать новые уголки Ардеша, но ведет меня на север, возвращаться к реальности.
Неспеша из-за гор поднимается солнце, в мгновение расписывая небо резкими, свободными мазками золота и охры. И этот рассвет то показывается мне во всей красе, то скрывается за очередным резким поворотом дороги... а потом пропадает совсем, как только машина "переваливает" за гребень горы. Но то, что открывается моему взору, гораздо прекраснее всех рассветов вместе взятых.
Я вижу темные горы, еще не успевшие скинуть ватное одеяло ночных облаков со своих вершин. И по склонам их льется, струится потоками розово-янтарный свет, пробуждая горы ото сна. Я стою у края дороги, и мне кажется, что я вижу каждое дерево, каждый камень, подсвеченный рассветом... Это волшебство в чистом виде, и его теплое солнечное послевкусие долго еще будет эхом отдаваться у меня в голове.
Возвращение к реальности было тяжелым. Овернь на прощание подарила мне радугу, которая как мост перекинулась от одного края трассы до другого... а потом я попала в царство дождя, холода и хмурых людей. Такой разительный контраст и усталость, вызванная обилием впечатлений, сморили меня, и я снова уснула, проспав всю дорогу до Буржа. И сейчас, когда я пишу эти строчки, мне вдруг приходит в голову, что Ардеш - это как волшебная пещера Али-Бабы, попасть в которую могут лишь избранные. А чтобы случайные люди не запомнили дороги и не выдали тайну другим, Ардеш как по волшебству усыпляет их, чтобы сохранить свои тайны, не отдать их на разграбление случайным праздным туристам.
Вот и я, проснувшись уже в Бурже, подумала, что Ардеш мне приснился. Все говорило в пользу этого умозаключения. И лишь фотографии в камере да слегка обветренное горным солнцем лицо упрямо убеждали в обратном.
Бурж встретил сыростью и холодом, но напоил меня все-таки ароматным чаем, мешочек которого я с радостью увезла с собой, потому что он напоминает мне об Ардеше своим золотисто-красным цветом, тряваным сладковатым ароматом и теплом, которое неизменно разливается по телу после каждого глотка.
