Древние вулканы Оверни? Предгорья Севенн? Не скажу со 100% уверенностью.
Из Парижа до Тулона - городка на лазурном побережье - чуть больше часа лёту. Не успеваешь взлететь и полюбоваться красотой земли, как уже самолет идет на посадку. Но как за этот час меняется ландшафт!
Центральнная Франция плоская, как разделочная доска, и единственное, что придает ей шарм и красоту - бескрайние поля, которые как самодельное лоскутное одеяло укрывают ее до горизонта. По одеялу этому проходит металлическая "молния" Луары, которая серебрится и до боли слепит глаза в этот безоблачный ясный день.
А потом одеяло вдруг сминается, комкается до тех пор, пока плоскость не превращается в центральный массив с вулканическими горами Оверни, переходящими в горы Севенн.
От вида этого невероятного горного полотна у меня захватывает дух. Среди этих темных, поросшых лесом гор уютно расположились долины с городками и деревушкам, и порой мне кажется, что эти долины не что иное, как гладкий след от утюга, оставленный на мятой ткани.
Чуть позже я замечаю, что слева в иллюминаторы я прекрасно различаю снежные вершины Альп (по самолетным меркам до них рукой подать - всего каких-то 300 километров). А справа плывут над облачной дымкой бесснежные Пиренеи - естественная граница Франции и Испании. А потом дыхание замирает в моей груди - я вижу лазурную, искрящуюся линию на горизонте, а перед ней - розоватые зеркала соляных озер.
Буквально через какие-то мгновения самолет снижается и уходит в море, делает крутой вираж и идет на посадку. Над самым морем. И кажется, что белое крыло вот-вот разрежет бездонную синеву моря...
А море... оно как полотно бирюзового шелка, трепещущего "волнами" на ветру. Белые юркие парусники чертят на поверхности моря белые линии и штрихи, словно рука опытной портнихи, расчерчивающей мелками полотно для закройки.
Аэропорт Тулона находится совсем рядом с пляжем, а сразу за парковкой начинается сосновый лес, щедро отдающий запах разогретой за день смолы. Вдоль дорог, как часовые, стоят эвкалипты, и их тонкие листочки трепещут на ветру, наполняя воздух своим целительным ароматом. И голова идет кругом...
В саду дома, вытянув босые ноги на теплые камни террасы, я полной грудью вдыхаю этот сладкий, терпкий воздух. После Парижа возух тут пьянит не хуже, чем местное южное вино. Все вокруг заполонили вечерний свет, умопомрачительный запах и настырный стрекот цикад (благо, длится он до захода солнца, потом на смену цикадам приходят деликатные сверчки). Я закрываю глаза. Я не верю, что я здесь.
За ужином и бокалами вина, которым нет счета, мне, как гостье, отдают лучшее место - с видом на бирюзово-молочное море. И я зачарованно наблюдаю, как розовато-оранжевая дымка над горизонтом становится сизой, а потом южная чернильная ночь опускается на горы.
Небо, как синий бархат, расшито миллионами по-южному ярких звезд. Дневной зной отступает немного, и теплый ветерок доносит в комнату упоительный аромат сосен... В эту ночь сверчки до утра будут петь мне серенады. А я, уже влюбленная по уши, буду понимать, что мой курортный роман только начинается...
... В полвосьмого утра уже жаркое солнце соскользнуло с подоконника и протянуло свои лучи ко мне, намекая, что это кощунство - тратить время на сон. Не дожидаясь, пока ласковое тепло превратится в тирана, я устремилась к тому, что манило меня с вечера - море.
Пудрово-мягкий песок нежно прикасается к моим босым ступням и переливается мельчайшими бриллиантами слюды каждый раз, когда волна накатывает на берег. Море, невероятно прозрачное, спокойное, дружелюбное, ласково принимает в свои объятия, а маленькие любопытные серебристые рыбки, не боясь, кружат вокруг меня. Вот где я могла бы безвылазно, как в лучшие детские годы, просидеть весь день! Солнце однако начинает припекать не на шутку, и я покидаю чудесный пляж, чтобы успеть до полудня подняться на гору Мон Фарон, у подножия которой раскинулся Тулон.
С высоты город как на ладони. И он неуловимо напоминает мне испанские города, что неудивительно - юг, как-никак. Крыши тут более плоские, нежели на севере, черепица - более рыжая, словно обгоревшая на солнце кожа, а террасы - жизненная необходимость.
Море настолько яркое, что это кажется почти нереальным. Создается впечатление, что небо опрокинулось, утонуло в его водах и отдало ему свою небесную синеву. И я не перестаю восхищаться.
А сам Тулон - довольно симпатичный город, в котором почти нет туристов (они все либо в Марселе, либо в более "лазурнопобережных" городах - Каннах, Ницце). Его старые улочки довольно узкие, что позволяет здорово сохранять в них прохладу. А солнце тем временем палит нещадно. Час сиесты настал... Местные расползлись по домам, либо устроились с бокалами пенного в тени кафе. В воздухе витает расслабленность и ленность - то, что часто ставят в недостаток характера южанам. На небольших площадях мелодично журчат фонтаны, даря свою свежесть умирающим от жары людям, неуспевшим вернутья домой на послеобеденный сон.
Не скажу, что это самый красивый город, который я видела, но он живой, а за красоту окружающей природы я на все могу закрыть глаза. Я даже, сознаюсь, грешным делом подумала, что на пенсии подамся в Тулон, буду жить в домике на холме и исчислять недели закатами. Но до пенсии далеко, а впереди еще столько новых мест... И потому вечером я говорю Тулону "до свидания", чтобы рано утром пуститься в путь дорогами юга.
